Евгению Павловичу Леонову — 85 лет

Евгению Павловичу Леонову — 85 лет Я позвонила Евгению Павловичу Леонову с просьбой об интервью, а он скучным голосом сказал: «…болею… уезжаю…» Я уже хотела попрощаться, но он спросил: «А какой направленности ваша газета?» Это был ноябрь 1993-го. Мы выходили всего полгода. В октябре расстреляли парламент. Страна раскололась: кто-то за Ельцина, кто-то за Руцкого с Хасбулатовым. А у нас была своя линия, как мы тогда говорили: «Не за тех и не за этих, а за нормальных людей». «Ой, это очень интересно! — воскликнул Леонов. И спросил: — А откуда вы взялись?» Я сказала: «Команда, ушедшая из «Комсомольской правды». «Так я о вас слышал, еще переживал, как же это вы совсем в никуда…» А когда узнал, что политические события в стране у нас обсуждают Винни-Пух и Пятачок, так возрадовался, что закричал: «Давайте встречаться! Срочно!» Первое, что сказал в интервью: «В искусство я вполз». Я рассмеялась, а он закивал головой: «Правда, правда! Слушайте, как это было. В школе играл в драмкружке. Но просто так. Был смешным, все хохотали. Однако актером вовсе не мечтал стать. Когда началась война, мне было четырнадцать. Я пошел работать на авиационный завод. Во время войны там вся моя семья работала: папа — инженером, мама — табельщицей, старший брат Николай — копировальщиком, а я — учеником токаря. Поступил в авиационный техникум и проучился там три года. Так вот: про искусство. В войну я, весь из себя такой рабочий пятнадцатилетний паренек, токаришка, попал во МХАТ и перед самой эвакуацией театра успел посмотреть «Три сестры». Это было необыкновенно здорово… Ты соединялся с ними, этими тремя сестрами, они тебе становились родными, ты хотел им помочь уехать из этого города, где они существовали, в другую, прекрасную жизнь, которая для них была связана с Москвой… Короче, в 1943 году я ухожу с третьего курса авиационного техникума и поступаю в Московскую театральную студию, на драматическое отделение. В комиссии сидят актриса Екатерина Михайловна Шереметева, Ростислав Данилович Захаров, Андрей Александрович Гончаров и еще человек двадцать пять. Я читаю Чехова, Зощенко… Гробовое молчание. Когда я то же самое читал в техникуме с эстрады — все хохотали. Шереметева, интеллигентнейшая женщина, осторожно спрашивает: «А еще что-нибудь у вас есть?» Я понял, что дела мои совсем плохи… Говорю: «Да так! Я тут для себя выучил один стишок». — «Стишок? Чей?» — переспросила Шереметева. «Блока». «У Блока стишков нет», — сказала она строго. Но прочитать позволила. На мне пиджак, перелицованный с плеч брата, нелепая очень фигура, я неуклюжий, маленький, такой же, как сейчас, только не лысый. Война еще идет, холодно, голодно, я прибежал с завода, от токарного станка, и мечтаю о театре, и читаю «В ресторане» Блока, и хочу в искусство, в искусство… Я побелел, интуитивно чувствую: тут такая любовь, в этом стихотворении, такая серьезная страсть, и я роковой мужчина, невыносимо красивый… «Я сидел в переполненном зале…» Вижу: комиссии за столом нет. Все попадали под стол. От смеха. Но меня уже не остановить. «…намеренно резко ты сказала: «И этот влюблен!» Я жизнь свою поставил в тот момент на карту. По меньшей мере — жизнь! Вдруг боковым взором обнаруживаю, что педагоги вылезают из-под стола, перестают смеяться и смотрят на меня очень внимательно и очень серьезно… Я закончил. Тишина была ответом. Приняли меня в студию по одному этому стихотворению. Освободив от всех экзаменов». И — смущенно: «Педагоги потом сказали мне, что так прочитать Блока мог только интересный и хороший человек». Улыбнулся: «Вот похвастался! Простите, пожалуйста». Мы сидим в закутке «Ленкома». За окном — противный мокрый снег. Евгений Павлович кашляет. Вдруг спрашивает: «А можно я прочту вам это стихотворение Блока все, целиком и полностью? Так, как я его читал тогда, в 1943-м?» Сначала я тоже от смеха сползаю со стула. А потом перестаю дышать. Все плейбои мира отдыхают. Передо мной — великий трагик, и ужас какой роковой мужчина, и что-то, что-то еще… Осознание своей силы и ограниченности, обреченности, относительности ощущений, чувств, слов, что ли? В театре понятное своей радостью возбуждение: дают зарплату. На маленьком журнальном столике перед Леоновым лежат несколько номеров нашей газеты. Это он сам попросил меня принести. Читает не отрываясь. А потом хватает (за руку, за полу пиджака) пробегающих мимо Захарова, Янковского, Абдулова и так горячо, так искренне, так трогательно говорит: «Подпишись на эту газету! Нет, ты только посмотри, что они тут пишут…» Ни игры, ни притворства, просто участие. И я сразу тогда подумала: если такие ангелы кидаются тебе навстречу и как-то изначально желают добра — значит, что-то должно получиться… В 1948 году Леонов пришел работать в Театр имени Станиславского. «Годы были глухие. «Все молчало на всех языках…» Закрывали театры. Фильмы снимали всего по два в год. Театр Станиславского выпускал вместо спектаклей почтовую бумагу. Как-то подходит ко мне главный режиссер и говорит: «Вас куда-то приглашали? Кажется, в Театр сатиры? Вы не хотели бы пойти туда поработать?» Даже сейчас обидно вспоминать. Конечно, тот режиссер не предполагал, что я стану приличным актером. Просто хотел меня выпихнуть… Какая-то во всем царила наглая беспомощность. Какое там об актерах думать, растить… Позже глаза всё отворачивал, тот режиссер. Он потом работал в Театре Маяковского. Актеры его не любили. Бесславную прожил жизнь. Может, Бог его за меня наказал». И помолчав: «А может, он и не помнил то зло, что мне нанес». А потом главным режиссером Театра имени Станиславского стал великий Михаил Михайлович Яншин. Сначала он тоже не давал Леонову никаких ролей. Но в 1954 году внезапно назначил на Лариосика в «Днях Турбиных». До этого Лариосика играл сам Яншин. Яншин никогда прилюдно не хвалил Леонова. Ровно наоборот. Беспощадно критиковал, ругал, иронизировал. Когда публика особенно неистовствовала, хохотала, кричала, радостно реагируя на Лариосика в исполнении Леонова, Яншин морщился: «Что вы из Лариосика оперетту сделали?» И как ни старался Леонов, Яншин одно повторял: «Всё ужасно, ужасно…» Но однажды при Леонове спрашивает Павла Маркова, знаменитого завлита Станиславского: «Ну что, Паша, Леонов? Как он?» А Марков отвечает: «Миша, он уже лучше тебя играет». Яншин такой довольный-довольный, улыбается, но тут же Леонову говорит: «И не подумай даже, что правда…» До самой своей смерти Яншин ругал Леонова, даже выступая по радио ругал. Но родственники Яншина и соседи по дому рассказывали, что Яншин им часто говорил: «Леонов — мой лучший ученик». Ни одного раза, даже мимоходом Евгений Павлович Леонов не назвал в нашем разговоре работу работой, или ремеслом, или профессией. Только: искусство. Но то, что он делал, это и было искусством, только искусством, лучшего слова и не подберешь. 29 января 1994 года вечером собирался в театр, уже надел джинсовый костюм, в котором играл Тевье-молочника в «Поминальной молитве». И упал в прихожей. Оторвался тромб. С 1943 по 1994 год — пятьдесят один год в искусстве. Семьдесят ролей в кино. Семнадцать мультфильмов. (Посреди серьезного разговора неожиданно признается, как в чем-то шкодливом: «Я очень люблю смотреть мультфильмы. Ну это понятно, да? Сам бывал Винни-Пухом».) Вроде бы много снимался. Но! В шестидесятые годы — восемнадцать фильмов, в семидесятые — двадцать шесть, в восьмидесятые — восемь, в девяностые — четыре… А в театре за всю жизнь — девять ролей! За двадцать лет в «Ленкоме» — всего четыре роли. Я ему что-то говорю, говорю восхищенное про то, какой он актер, и аж зажмурилась: сейчас прервет, отругает, достали, наверное, все комплиментами, открываю глаза, а он улыбается и простодушно спрашивает: «А вы всё это напишете? Правда? Ой, хорошо было бы… Может, Захаров прочтет и роль новую даст…» При всем своем очень щепетильно-взыскательном отношении к искусству — любые попытки пафоса пресекал. Может, кстати, именно из-за щепетильности. «Знаете, меня часто спрашивают о моей теме в искусстве. А я отвечаю: тема связана с моей мамой. Это она наградила меня лицом круглым и добрым». И через паузу уточняет: «Вернее, добродушным». Прежде чем спросить его об операции на сердце в Германии, долго извиняюсь: может быть, не хочется вспоминать, неприятно, но он доверительно говорит: «Да, конечно, расскажу всё, открыто, не таясь…» «На гастролях в Германии за четыре дня — пять спектаклей… Стало плохо. Повезли к врачу. Вышел из машины и упал. Выяснилось: меня схватил инфаркт, сильный, мощный, разорвалось что-то внутри сердца. Клиническая смерть… Подтащили к приборам, подключили. Работает вроде сердце. Сняли приборы. А у меня — второй инфаркт». Улыбнулся: «Но я все-таки не загнулся». И — дальше: «Разрезали грудь, разрезали ногу, вытащили вену, настригли, пришили… Сыну сказали: «Разговаривай с ним, зови его, услышит тебя — вернется…» Сын разговаривал, звал, все двадцать восемь дней, покуда я неизвестно где блуждал, — ну вот я и вернулся… Я мог бы сегодня уже не работать. А я работаю. Потому что мне это интересно — работать. Живу. Как и все. Может, только капельку получше». Деньги за очень дорогую операцию на сердце немецкие врачи категорически брать отказались. Сказали, что видели Леонова в фильме «Белорусский вокзал». «Неправильно, что для нас теперь и 9 Мая — уже не 9 Мая. Может, мы опомнимся, когда фронтовиков останется совсем мало? И тогда скажем им: «Ну, товарищи оставшиеся, вы теперь у нас штучные, мы вас любим…» Я считаю, что эти люди, фронтовики, сумели подняться на такую нравственную высоту… И они же нам оттуда сказали: «Люди! Мы умираем! Умерло нас очень много, но хоть вы работайте не вполруки и живите не вполсилы». Но и это-то мы не всегда делаем». В 1993-м, кажется, году один журналист сказал в телевизоре: «Ну кто такой Жириновский? Клоун, Леонов…» Евгений Павлович расстроился так, что чуть не умер. Не из-за того, что клоуном обозвали. А из-за того, что — в вульгарно-политическом смысле, а не в высоком. Он очень чистый, неиспорченный был человек. И к искусству, в том числе и комическому, относился с величайшей серьезностью. Комизм по определению условнее, чем трагизм, ребенок рождается плачущим, и его еще нужно научить улыбаться, и лучше Евгения Павловича Леонова тут не было учителя. А его учитель Андрей Александрович Гончаров так сказал: «Евгений Леонов был великим русским комиком. А знаете, что такое русский комик? Это обязательно, непременно — еще и трагик, в нем должна быть романтическая слеза, звучать интонация трагедии». Кстати, и собственно политикой Леонов очень даже интересовался. «В позапрошлом году (в 1991-м. — З.Е.) выписал кипу газет, и все читал, сопоставлял, не для того, чтобы заняться политикой, — просто хотелось найти истину. Но увидел: опять нам говорят похожие слова. Вроде бы немножко разные, но своей стертостью похожие на те, что были вчера. Мне лично кажется, что сама по себе политика — дело чистое. А вот насчет людей, которые ее делают, — тут надо разговаривать. Я же зрячий и вижу: всё крутится вокруг карьеры этих людей. Это так всё читается… Я просто актер. Но я всё это вижу. И лица депутатские, и уровень их разговоров…» Видел бы он депутатские лица теперешнего разлива и уровень их разговоров… Уходя из «Ленкома», обращаю внимание: на доске объявлений — вырезки из газет и журналов разных лет давности, почти обо всех актерах, а о Леонове — не нашла. После выхода номера мстительно вырезаю свое интервью, захватываю кнопочки — и в театр… А вахтерша, улыбаясь, говорит: «Вы — автор? А мы уже все прочитали… Саша Абдулов где-то вашу газету нарыл. Прибежал, как и вы, — с кнопочками, повесил…» Кто такие актеры? Люди, которые учат чужие тексты. И играют людей. А Леонов людей не играл. И человека не играл. Он играл то, что смотрит на человека. Внутренний пейзаж, горизонт, перспективу. Он и сам был этим внутренним пейзажем, горизонтом, перспективой. Он играл природу человеческую. Так художник вставляет в картину человеческую фигурку, чтобы масштаб всего подчеркнуть: и реки, и леса, и ландшафта. Леонов был масштабом человека-страны. Мы смотрели на него и понимали: быть свободным и духовным, быть человеком чести и идеала — это нормально и весело. Он подарил нам шестьдесят семь лет своей жизни, чтобы мы знали: гении бывают  только живыми. Зоя Ерошок обозреватель «Новой» 01.09.2011

Technorati Теги: люди

Коммерсант / Кучер - Кашин

Семь лет назад первого сентября школу №1 в
Беслане захватили боевики. В течение трех дней в нечеловеческих условиях
террористы удерживали в здании более 1100 заложников –– детей, их
родителей и сотрудников школы. В результате теракта погибли 335 человек,
из них 186 детей. О том, что изменилось с тех пор в нашей стране,
рассуждает политический обозреватель "Коммерсантъ FM" Станислав Кучер.

Интересно, а в школу №1 североосетинского
города Беслан президент Медведев тоже отправит какого-нибудь выжившего в
90-е миллиардера вести уроки на тему "История моего успеха"? Впрочем, я
не на свою поляну зашел — очередной продукт работы творческого ума
нашего президента в эфире "Коммерсантъ FM" сегодня комментирует мой
коллега Олег Кашин. Это — премьера его рубрики. Не пропустите!

Я же хочу напомнить о Беслане. Конечно, все
плохое должно оставаться в прошлом, жить надо сегодня, с оптимизмом
устремляя взгляд в завтра. Сам люблю сей подход, но он справедлив в том
случае, когда печальная страница истории прочитана, изучена, когда из
нее извлечены уроки и сделано все, чтобы этот опыт не повторился снова. В
противном случае народ рискует получить на новом витке истории такие же
трагедии.

Напомню, теракт в Беслане стал крупнейшим
преступлением против детей за всю новейшую историю мира. Расследование
обстоятельств захвата школы и штурма не завершено до сих пор. Приведу
цитату. Эти слова, произнесенные год назад, принадлежат одному из
лидеров комитета "Матери Беслана" Аннете Гадиевой: "Шесть лет мы говорим
одно и то же, но все остается в прежнем состоянии. Все факты, которые
были выявлены на судебном процессе по делу единственного выжившего
террориста Кулаева, все показания очевидцев следственными органами не
учитываются. Все наши ходатайства в основном отклоняются…"

Проблема в том, что до сих пор нет четких
ответов на вопросы: как и почему случилась эта трагедия. Версий
по-прежнему много. Есть люди, считающие, что страшный теракт был
спровоцирован борющимися за власть группировками в самой республике.
Есть те, кто уверен в том, что в таком количестве жертв виновато
командование операцией. Есть и такие, кто разделяет официальную версию:
во всем виноваты террористы, а штурм был проведен с блеском. О таких я,
правда, только читал, сам не встречал, даже среди военных.

Сегодня на сайте "Матерей Беслана" выходит
книга жителя этого города Валерия Карлова "Беслан. Семь лет спустя". В
ней автор буквально громит официальную версию и убедительно доказывает,
что взрывы и пожар в школе, приведшие к гибели как минимум половины
заложников, стали результатом обстрела из гранатометов, которыми были
вооружены спецназовцы. Валерий семь лет писал эту книгу, у него отец там
погиб, и еще пять родственников стали заложниками.

Повторяю:
всю правду о том, почему случилась трагедия, мы до сих пор не знаем.
Зато мы знаем о быстрых и очень конкретных политических последствиях
Беслана. Уже через несколько дней после трагедии президент Путин объявил
о реформе государственной власти с целью более эффективного
противодействия терроризму. Это реформа не коснулась ни МВД, ни ФСБ.
Главными "антитеррористическими" мерами стали отмена выборов
губернаторов и выборы в Госдуму только по партийным спискам. В это же
время с телеэкранов исчезли последние журналисты, позволявшие себе
критику власти в прямом эфире. Одновременно была создана Общественная
палата, формально — орган контроля граждан за государством, на деле —
ничего не решающая статусная площадка.



Как это ни страшно и цинично звучит, но
бесланская трагедия случилась семь лет назад весьма кстати, с точки
зрения интересов той самой политической верхушки, которая твердо
намерена продолжать управлять нашей страной еще как минимум семь лет.

Станислав Кучер

Дмитрий Медведев предложил миллиардерам
рассказывать школьникам о своем пути к жизненному успеху. Президент
отметил, что "история успеха", которую предполагается преподавать
школьникам при участии предпринимателей, может воплощаться не только в
деньгах. Комментирует обозреватель "Коммерсантъ FM" Олег Кашин.

Первое сентября, простая московская, или даже
не московская, школа. В класс входит мужчина, и начинает урок. Он
говорит: "Ребята, стать миллиардером очень просто", — и рассказывает о
себе: родился в Ленинграде, закончил институт физкультуры, занимался
дзюдо, был тренером Владимира Путина, и когда Путин стал президентом,
тренер стал крупнейшим подрядчиком "Газпрома" и теперь заслуженно
занимает 92 место в рейтинге миллиардеров Forbes. Школьники слушают,
записывают в тетрадочки. Потом на перемене обсуждают, каким спортом
стоит заняться, чтобы вот так же разбогатеть, как Аркадий Ротенберг.

В другой школе другой миллиардер
рассказывает, как пятнадцать лет назад построил дачу под Петербургом в
кооперативе "Озеро". Рядом была дача Владимира Путина, и когда Владимир
Путин стал президентом, его сосед стал медиамагнатом и теперь с
полуторамиллиардным состоянием находится на 65 строчке рейтинга
миллиардеров. Школьники записывают: чтобы добиться успеха, как Юрий
Ковальчук, нужно правильно построить дачу.

Наверное, я все-таки слегка передергиваю. Эти
миллиардеры — Ротенберг, Ковальчук, Геннадий Тимченко — все-таки не
вполне типичны для российского миллиардерского сообщества. Как не вполне
типична для него, скажем, Елена Батурина (77 место, $1,2 млрд). И
наверняка Дмитрий Медведев, призывая миллиардеров идти в школы и
рассказывать истории успеха, имел в виду не их — не жен мэров, не
тренеров по дзюдо и не соседей по даче. Скорее всего, призыв президента
был обращен к менее интегрированным во власть людям, которые
разбогатели, не будучи ни в родственных, ни в дружеских отношениях с
властью. И урок успеха в исполнении типичного российского миллиардера
звучал бы, наверное, так:

— Дорогие дети. В те времена, когда вы еще не
родились, в лихие девяностые, можно было создать бизнес с нуля, купить
за мешок ваучеров завод или шахту или, например, принять участие в
залоговом аукционе, обменяв свои шальные деньги на какой-нибудь
горно-обогатительный комбинат. Те времена давно прошли, ребята. Уже нет
ни залоговых аукционов, ни ваучеров, зато есть стабильность, сильное
государство и социальная ответственность.

На этих словах дети, конечно, вздохнут. "Не быть нам миллиардерами", — подумают они. Но миллиардер успокоит их, скажет:

Я стал миллиардером в лихие девяностые, пользуясь анархией, дырами в
законах и слабостью государства. Сейчас я собираюсь выйти в кэш и уехать
к своим замкам и яхтам. Мои активы, скорее всего, достанутся
государству, и это, в общем, и есть ваш шанс, дорогие дети. Рано или
поздно здесь обязательно все грохнется. Вы к этому времени как раз
подрастете, и кто-нибудь из вас при очередном переделе обязательно
станет миллиардером. Надо только верить в себя.



Олег Кашин

Беслан

Вечная память погибшим и безмерная благодарность выжившим бойцам «Альфы» и «Вымпела».
Практически все в Беслане понимают, что у спецназа ФСБ были средства и возможности уничтожить
террористов, не допуская собственных потерь, но тогда погибли бы ещё десятки заложников. И то,
что восемь из десяти погибших спецназовцев были убиты террористами в помещениях, прилегающих
к столовой и актовому залу школы, лучше всего свидетельствует о том, что внутри здания они делали
всё, чтобы не допустить гибели заложников, и делали это ценой собственной жизни. Не власть, не штаб,
а эти простые русские парни спасали в тот день Россию. Здесь на осетинской земле всегда будут помнить,
что их близких спасли русские ребята: Вилько А.В., Катасонов Р.В., Ильин О.Г., Кузнецов М.Б., Лоськов О.В.,
Маляров В.В., Перов А.В., Пудовкин Д.Е., Разумовский Д.А., Туркин А.А., Замараев В.В., Кормилин Д.И.
(В.Карлов)


Касатонов Роман Викторович
Ильин Олег Генадьевич
Велько Андрей Витальевич

Михаил Борисович Кузнецов
Маляров Вячеслав Владимирович
Лоськов Олег Вячеславович

Разумовский Дмитрий Александрович
Пудовкин Денис Евгеньевич
Перов Александр Валентинович

Туркин Андрей Алексеевич

FOX vs CAT

Ходорковский бездельничал

Михаилу Ходорковскому в Сегежской колонии объявили два выговора.
За то, что угостил сокамерника сигаретами и за недобросовестное
отношение к труду. Недобросовестность зека номер один заключалась в
том, что Ходорковский бездельничал. А бездельничал он потому, что ждал
сварщика, без которого не мог выполнить задание мастера. Эти
решения тюремного начальства защита связывает с поступлением в
Сегежскую колонию долгожданных документов об условно-досрочном
освобождении бывшего главы «ЮКОСа».

Cтрана прощается с Ией Саввиной

Завтра страна прощается с Ией Саввиной

Ия Саввина приглашала меня в гости пять или шесть раз, и на более частое общение я не напрашивался. Однажды на вопрос — не тяготит ли ее уединение? — она ответила:

— Иногда тяготит, я ведь человек. И тогда ко мне приходят люди. И через пятнадцать минут я понимаю, что уж лучше мне одной.

Из разговоров с ней мне помнятся главным образом короткие воспоминания о тех, кого она больше всего любила: Окуджава, Высоцкий, Ролан Быков…

— Ролан вполне серьезно делал мне предложение, хотя, впрочем, таких серьезных предложений он делал много. Он настолько увлекся собственным пылом, что абсолютно забыл в этот момент о моем замужестве. Я совершенно серьезно ему ответила: «Ролан, я не против, но это слишком серьезный вопрос, чтобы я смогла вот так сразу решить. Есть человек, чье мнение для меня непререкаемо: свекровь. Я с ней посоветуюсь и тебе скажу».

О Высоцком:

— Когда начинались «Служили два товарища», я ни разу не слышала записей Высоцкого и понятия не имела, что он пишет песни: знала, что поет в «Добром человеке из Сезуана», знала его как актера, но представить, что он пишет такое… Когда он спел несколько песен, я спросила: «Чье же это?!» Он мгновенно замкнулся и едко ответил: «Моя жена». Я совершенно искренне воскликнула: «Какая же она у вас талантливая!»

И кстати — стихи его для меня всегда резко отделялись от пения: я и теперь считаю, что его надо не столько петь, сколько читать со сцены. И я знаю, как это делать. «Я — Як-истребитель, мотор мой звенит, небо — МОЯ обитель!» — подчеркивая все время, что это его небо, что он настаивает на своем главенстве! И я сделала бы спектакль по его стихам, но — негде. Козаков предлагал, но не успел.

О Козакове:

— Я предпочитаю думать, что он просто уехал, просто сыграл, просто всех обманул. Эта игра была бы совершенно в его духе. А смерть — совершенно не в его.

Стихи она цитировала — и читала — часто и без повода, свободно вставляя в речь, предпочитая Блока, Бродского, Ходасевича.

— Я слышала тут, как вы пренебрежительно отозвались о Ходасевиче…

— Никакого пренебрежения, просто не люблю.

— Как вы можете вслух об этом говорить?! Ходасевич прожил такую жизнь — и ни в чем никогда не отступил от себя! И его слова, купленные этой ценой, спасают стольких! — а вы обсуждаете, прав он или нет.

У Окуджавы она особенно ценила прозу, притом раннюю, к которой сам он относился скептически:

— Мы были соседями по Фрунзенской: я там жила, он снимал. Однажды лежал больной и вдруг позвал меня к себе: я примчалась, думала, ему надо купить лекарства или продукты, а он хотел вслух прочесть только что законченного «Школяра». Меня поразило, что он, простуженный, читал мне вслух все эти шестьдесят страниц и страшно нервничал при этом. Это была война, о которой он вообще никому не рассказывал. И только когда я сказала, что такой прозы еще не было, — он успокоился: в песнях он был уверен с самого начала, а в прозе — исключительной, по-моему, — так и считал себя дилетантом.

Ее любимым режиссером — из тех, с кем работала, — был Титов, недооцененный и ни на кого не похожий. Любимым артистом из тех, с кем снималась, — Богатырев. А лучший совет она получила на съемках «Кроткой» от Андрея Попова:

— На этих съемках я все время срывалась. Попов меня убеждал: помолчи, покури! Курить, может, и вредно, но срываться вреднее — и тебе, и окружающим. А поскольку я не согласна очень часто, то и курю довольно много, и с годами поняла, что это в самом деле полезнее…

Я ей задал глуповатый вопрос о том, что ей всегда предлагали розовые, положительные роли, и вдруг — как отрезало: сравнить Таню из «Открытой книги» с Аникеевой из «Гаража»!

— Но ведь Аникеева и есть Таня! Таня, постоявшая во главе собственного НИИ, выбивающая деньги, вынужденная интриговать… Весь «Гараж» — о том, что случилось с персонажами «Открытой книги».

— В смысле — что жизнь сделала?

— Жизнь ни из кого ничего не делает. Жизнь проявляет.

…Однажды, когда я уходил, она вместе с сыном вышла меня проводить.

— Заходите, к нам можно без приглашения. Мы люди не слишком здоровые, но не слабые.

Эта формула мне запомнилась лучше всего.

Дмитрий Быков

30.08.2011

7-я годовщина бесланской трагедии

03.09.04, 14.45 Группа спецназа выдвинулась на штурм. В арсенале — только поступивший на вооружение гранатомет ГМ-94, предназначенный в том числе для создания очагов пожаров. Фото № 1. 15.30. 03.09.04. Гражданские лица уносят на носилках женщину, которая самостоятельно выбралась из спортзала через пролом под окном. Обрушение крыши спортзала произойдет через 15 минут 16.00 Хроника тушения пожара в школе и спасения заложников из внутренних помещений школы. Стрелками указан свидетель Г. Борзов 16.15 16.30 16.45 «Беслан. Семь лет спустя». Так назвал свою книгу житель Беслана Валерий Карлов. В сентябре 2004-го в числе заложников оказались шесть родственников Валеры. Его 72-летний отец Иван Ильич Карлов — погиб. Я знаю Валеру много лет. И могу сказать: он — уникальный потерпевший. Прекрасно осознавая, что Беслан стал (не мог не стать) «политическим» вопросом, Валера тем не менее ни разу не перешел на крик и спекуляции вокруг Беслана. Он поддерживал матерей Беслана, терпеливо разъясняя технические моменты, которых очень много в бесланском деле и без которых трудно понять истину. Все эти годы он шел по пути диалога со следствием, справедливо полагая, что следователи — тоже люди. Что интересно, у Карлова иногда получалось больше, чем у матерей. Он знакомился с каждым листочком уголовного дела по Беслану, который скупо выдавало следствие. Именно он в результате получил доступ к очень многим материалам уголовного дела, потому что спорил, уговаривал, убеждал следователей, лишенных в этом деле любой инициативы, посмотреть на бесланский теракт с точки зрения потерпевших. И они поддавались… Выговор, который руководитель следственной группы Александр Солженицын получил за свой запрос в ФСБ о предоставлении видеосъемки штурма, был первым предупреждением. И хотя Солженицын так явно больше «не оступался», его все равно отстранили от следствия с понижением в должности. На смену пришли молодые, неопытные, равнодушные и хамовитые. Вот уже два года они даже не сдувают пыль с томов уголовного дела. С ними не о чем разговаривать, не о чем спорить. Смена следовательского караула стала для Валеры Карлова вехой. Его книга — возможно, последняя про Беслан. Больше писать некому. В книге «Беслан. Семь лет спустя» равноправно представлены две точки зрения: версия следствия и факты, которые всплыли и были отточены Карловым в процессе многолетнего народного следствия, в котором участвовали потерпевшие, журналисты и эксперты. В книге сформулированы вопросы, которые адресованы не Следственному комитету, не Путину с Медведевым, а нам, гражданам. Про Беслан. Про то, почему не предотвратили. Про первые взрывы в спортзале. Про ложь о количестве заложников и переговоры, которые не велись. Про огнеметы и танки. Про пожар, в котором сгорели раненые, но живые люди. Сегодня мы публикуем переработанную специально для газетной публикации главу из книги Валерия Карлова. Полностью книга станет доступна в небумажном варианте на сайте «Матерей Беслана» www.materibeslana.com 1 сентября 2011 года. Елена Милашина Валерий Карлов Причины пожара в спортзале «…Эксперты в пожаротехнической экспертизе считают, что у пожара — три причины: выстрелы из гранатометов, стрельба бронебойно-зажигательными патронами, возгорание потолка «вследствие метания тлеющих частей одежды потерпевших в образовавшийся <после первого взрыва в спортзале> пролом». Если не принимать во внимание совершенно фантастическую версию о тлеющей одежде, принципиальным становится вопрос: чьи гранатометы или бронебойно-зажигательные патроны подожгли крышу спортзала? Проще говоря, виноваты террористы или спецназовцы? Насколько обоснованно было применение гранатометов и танков по школе, в которой находилось более тысячи заложников? Всё ли было сделано, чтобы предотвратить гибель людей? Сгоревшие заживо Версия следствия: «…Анализ материалов уголовного дела позволяет говорить о том, что среди лиц, находившихся в числе заложников, погибших от пожара (горение конструкций кровли) следствием не установлено…» Факты: Уже семь лет эти выводы следствия, выводящие из-под уголовной ответственности членов оперативного штаба по проведению контртеррористической операции в Беслане, остаются неизменными. Хотя опровергаются даже приговором суда над единственным выжившим бесланским террористом Кулаевым. Вот цитата из протокола суда: «…Заложнице Джидзаловой были причинены термические ожоги 2-й, 3-й, 4-й степени головы и шеи, лица, туловища, верхней и нижней конечностей, преимущественно слева, охватывающие около 55% поверхности тела с обугливанием мягких тканей указанных областей. Указанные повреждения повлекли за собой причинение здоровью тяжкого вреда и наступление смерти; — заложнице Дзампаевой-Хетагуровой были причинены обширные термические ожоги 100% площади тела. Указанные повреждения повлекли за собой причинение здоровью Дзампаевой-Хетагуровой тяжкого вреда и наступление смерти; — погибшей Муриевой были причинены термические ожоги 100% площади тела. Указанные повреждения повлекли за собой причинение здоровью Муриевой тяжкого вреда и наступление смерти; — у заложницы Назаровой ожоговый шок, развившийся в результате термических ожогов 1—4-й степеней передней поверхности головы, туловища, повлек за собой причинение здоровью тяжкого вреда и наступление смерти; — заложнице Урмановой были причинены термические ожоги 3-й, 4-й степени верхних дыхательных путей (т.е. установлено, что она умерла оттого, что дышала раскаленным воздухом), туловища, нижних конечностей, которые образовались от высокой температуры. Указанные повреждения повлекли за собой причинение здоровью Урмановой тяжкого вреда и наступление смерти; — заложнице Хетагуровой были причинены термические ожоги 100% площади тела и повлекли за собой причинение здоровью тяжкого вреда и наступление смерти». Несомненно, это не полный перечень тех, кто погиб от пожара в спортзале 1-й школы. Из 333 погибших в Беслане — 314 человек были заложниками. От огнестрельных ранений погибли 27 человек, от осколочных ранений — 126 человек. От термического или геморрагического (потеря крови. — Прим. ред.) шока умер 41 человек. В результате грубого травматического воздействия погибли 4 человека. Установить причины смерти остальных 116 заложников, согласно заключениям судмедэкспертов, «не представляется возможным ввиду обгорания, обугливания и частичного сгорания тела при отсутствии следов травматического воздействия». Экспертизы по наружному осмотру Версия следствия: «…В спортзале находилось около 112 трупов, имеющих обугливание от 70% до 100%. В целях установления связи между причиной их смерти и пожаром проанализированы материалы допросов врачей, судебно-медицинских экспертов… Они свидетельствуют о том, что эти погибшие имеют минно-взрывную травму и посмертное обугливание. Подтверждением этому служат обнаруженные в трупах металлические предметы в виде рубленой проволоки, шариков и т.д…» Факты: …Судмедэксперты, работавшие в Беслане, свидетельствуют: «…Поскольку смерть заложников происходила в условиях очевидности и для сотрудников прокуратуры установление конкретной причины смерти не являлось остро необходимым, была проведена экспертиза трупов по наружному осмотру (выделено здесь и далее нами. — Прим. ред.), установлены только факторы, приведшие к смерти…» То есть следователи Генеральной прокуратуры дали команду экспертам произвести только наружный осмотр тел. И тем не менее те же самые следователи, ссылаясь на экспертов, которые провели только наружный осмотр, утверждают: «Погибшие заложники имеют минно-взрывную травму и ПОСМЕРТНОЕ обугливание. Подтверждением этому служат обнаруженные в трупах металлические предметы в виде рубленой проволоки, шариков и т.д». Но проблема в том, что эти предметы нельзя обнаружить, произведя лишь наружный осмотр трупов. Какова вообще цена заключениям экспертов, проведенным по «наружному осмотру»? Многие родственники погибших говорят о том, что выводы посмертных судмедэкспертиз не соответствует тому, что видели сами люди, получив тела своих близких в морге. Я — свидетель. Моего отца, Карлова Ивана Ильича, получившего смертельные ранения при подрыве террористки 1 сентября 2004 года, террористы расстреляли. В уголовном деле имеются соответствующие фотографии, сделанные при осмотре места происшествия. Но в выданном мне заключении эксперты описывают совсем другого человека и абсолютно другие причины смерти. Хроника пожара Версия следствия: «Все свидетели (заложники) показывают, что во время первых двух взрывов (13.05) и во время их эвакуации из спортзала пожара в школе не было. В это время наблюдалось только тление фрагментов обрешетки потолка (в северо-восточной части спортзала) по кромке образовавшихся проемов. Сообщение о том, что в 14.51 возник пожар в спортзале, зафиксировано в черновом журнале диспетчера ЦППС Салатовой З.М. …Сразу после получения сообщения о пожаре в школе № 1 <руководителем оперативного штаба контртеррористической операции> Андреевым В.А. было принято решение временно НЕ привлекать пожарные расчеты в связи с тем, что существовал реальный риск уничтожения террористами пожарных расчетов и пожарной техники, что затруднило бы спасение заложников и привело бы к большим потерям. В 15.10, после получения разрешения от руководства оперативного штаба, пожарные расчеты выдвинулись к месту пожара. В 15.25 два отделения ПСЧ-6 прибыли на место и приступили к тушению возникших очагов пожаров. В 15.35 к месту пожара дополнительно прибыли 2 отделения ПСЧ-6, 2 отделения из СЧ и 1 — из ПСЧ-7… Пожар локализован в пределах спортзала и потушен в 21.09… …Основываясь на материалах следствия, можно говорить о том, что были приняты все меры к эвакуации заложников из спортивного зала школы и к моменту разгорания пожара лиц (живых), нуждающихся в защите от поражающих факторов пожара, в спортзале уже не было». Факты: От 13.05 (время первого взрыва) до 15.45, когда обрушилась полностью выгоревшая к тому времени крыша спортзала, прошло 2 часа 40 минут. Пожарные прибыли к спортзалу за двадцать минут до полного обрушения крыши. Тушить пожар они стали фактически уже после того, как горящая кровля накрыла огненным смертельным покрывалом тела заложников. Тот факт, что среди заложников еще были живые, подтверждают многочисленные видео- и фотосвидетельства (см. фото № 1). В качестве доказательств того, что живых заложников в горящем спортзале не было, прокуратура приводит показания пожарного Г. Борзова: «Струей 2 пожарных стволов был сделан так называемый водяной коридор, по которому он и еще кто-то из гражданских лиц прошли через весь спортзал, в котором живых лиц не было, были лишь трупы… Из помещения спортзала школы людей не спасали, так как там живых лиц не было. Там были только трупы и останки трупов. Он лично искал живых лиц в спортзале школы № 1 г. Беслана, в том числе переворачивал тела, но это всё были трупы… Он просмотрел все тела, находившиеся в спортзале школы со стороны раздевалок, но это всё были люди, погибшие от минно-взрывных травм». Однако свидетель Борзов попал в спортзал ПОСЛЕ 16 часов, то есть ПОСЛЕ обрушения крыши, когда действительно спасать было некого… Еще раз! Показания Борзова относятся не к временному промежутку 15.00—15.30 (когда живых еще можно спасти), а к более позднему временному промежутку с 16.00 до 17.00, когда в спортзале обрушилась крыша. По ошибке или преднамеренно, но следователи почему-то передвинули во времени показания Борзова и использовали их как доказательство своей версии. Я неоднократно обращал внимание следователей на эту нестыковку, но всегда получал отказ на свои ходатайства или в лучшем случае обещание вернуться к этому вопросу в следующей экспертизе. Причина пожара Версия следствия: «Свидетель Гаглоев А. — начальник инженерных войск 58-й армии — показал, что пожар возник в области потолка у выхода из спортзала во двор школы примерно через 40 минут после того, как он и его сослуживец Набиев вошли в спортзал и приступили к обезвреживанию взрывных устройств (примерно 14 час 50 мин). Он категорически утверждает, что этот пожар не возник от взрывов СВУ*, произошедших до их проникновения в спортзал. Полагает, что, вероятнее всего, пожар возник от выстрела РПГ либо от трассирующих пуль или выстрелов подствольных гранатометов, производимых террористами по спортивному залу со стороны столовой. При нем террористами было произведено не менее 6 выстрелов из гранатометов с попаданием в основном в центральную часть спортзала школы, где в то время находились живые заложники…» Факты: Следствие подсчитало не только, сколько раз террористы выстрелили по спортзалу из гранатометов, но и сколько раз и из какого оружия стреляли по школе наши спецназовцы. Во время штурма со стороны штурмующих (спецназа МВД и ФСБ. — Прим. ред.) по школе № 1 г. Беслана было произведено несколько десятков выстрелов из гранатометов различных модификаций. В том числе было выпущено: 18 кумулятивных гранат ПГ-7ВЛ, 10 гранат РПГ-26, 2 выстрела из РШГ-1, более 10 выстрелов из РПО-А «Шмель», несколько десятков выстрелов из гранатомета ГМ-94, а также около 2000 трассирующих пуль… Следствие, однако, категорически утверждает: «Установлено, что возгорание в спортивном зале произошло от выстрелов по спортзалу из гранатомета РПГ, либо из подствольного гранатомета со стороны террористов, либо от трассирующих пуль <также со стороны террористов>». А про огнеметы «Шмель», которые были на вооружении спецназовцев, в материалах уголовного дела буквально сказано: «Пожар не мог произойти от попадания выстрела от РПО-А («Шмеля». — Прим. ред.)… В РПО-А нет горящей смеси. По данному принципу <принцип действия РПО-А> тушат пожары…» На суде по Кулаеву полковник А. Гаглоев скажет: «Для того чтобы погасить пожар в спортзале в самом его начале, достаточно было всего одного огнетушителя…» Материалы уголовного дела, а также имеющиеся у потерпевших фото и видеоматериалы свидетельствуют о том, что активная фаза штурма началась около 14.50 с обстрела школы со всех сторон из гранатометного вооружения. Пожар крыши спортзала начался и активно развивался в тот же период — с 14.50 по 15.45. Мы, потерпевшие, видим здесь очевидную причинную связь. В специальной литературе даже самый «слабый» (если так можно сказать о гранатомете) ручной многозарядный гранатомет ГМ-94, который активно использовался спецназом при штурме школы (выпущено более 20 зарядов), характеризуется следующим образом: «Основное назначение нового оружия — обеспечение огневой поддержки пехоты в условиях ближнего боя, а также проведение спецопераций. Предназначен для поражения живой силы в условиях городской застройки, подвалах, фортификационных сооружениях, складках местности и в горах; поражения легкобронированной техники; создания дымовых завес и очагов пожаров. Особенности конструкции ГМ-94 позволяют вести огонь в закрытых помещениях, из транспортных средств, минимизируя, при этом, демаскирующие факторы выстрела и термическое воздействие на стрелка…» Потерпевшие не раз обращали внимание следствия на то, что возможный угол обстрела спортзала со стороны коридора первого и второго этажей школы не позволял террористам попасть в потолок в северо-восточной стороне спортзала (очаг возгорания). На линии огня террористов находился лишь центр спортзала, а по словам того же А. Гаглоева, «когда попадали в окна гранатой, даже взрыва сильного не было, всё телами (заложников) гасилось». Помощник военного прокурора Владикавказского гарнизона Э. Эминов в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении спецназа соглашается, что «применение танков и тяжелого гранатометного вооружения могло повлечь массовую гибель заложников». Но так как погибших или раненых заложников вследствие применения танков и гранатометов следствие не обнаружило**, прокурор сделал вывод о том, что применение тяжелого вооружения неизбирательного поражения было оправдано. Когда читаешь такие выводы, испытываешь отчаяние и презрение. …В ночь с 3 на 4 сентября 2004 года сотрудники МЧС РФ бульдозерами сгребли в кучу все, что осталось в спортивном зале после извлечения погибших, и вывезли на свалку. Кроме сгоревшей кровли на свалке оказались фрагменты тел, одежда и личные вещи заложников. Мы до сих пор не знаем, кто отдал такой приказ…» * Прим. ред.: СВУ — самодельное взрывное устройство. По версии следствия, первые взрывы в спортзале — это непроизвольный подрыв нескольких СВУ, которыми террористы заминировали спортзал первой школы. Однако даже из показаний Гаглоева следует, что последствия первого взрыва (а именно: пролом в кровле спортзала и возгорание потолка) вызваны не подрывом СВУ, а гранатометным выстрелом. Этот факт свидетельствует в пользу иной версии первых взрывов, которой придерживаются потерпевшие в Беслане. А именно: первые взрывы спровоцировали спецназовцы ЦСН ФСБ РФ, обстрелявшие в 13.05 спортзал из огнемета РПО-А «Шмель» и гранатометной системы РШГ-1. ** Все следственные действия по выявлению последствий применения огнеметов и танков были проведены с грубейшими нарушениями УПК РФ. Это касается как технических и судебно-медицинских экспертиз, так и одного из самых важных следственных действий: осмотра места происшествия. Это признали даже следователи. При этом видеозапись осмотра была якобы «утеряна». Через несколько лет потерпевшие нашли кассету с этой записью. Я лично передал ее прокуратуре. 30.08.2011 http://www.novayagazeta.ru/data/2011/096/00.html

СовмещАть нужно

Александр Минкин - Это — народ, неблагодарная скотина

Г-н президент, в Сочи отличная погода, не правда ли? Жизнь удалась, мир прекрасен, море ласковое, и невольно начинаешь верить в людей, в честные выборы, где должна победить «Единая Россия». Хотя, к сожалению, некоторые чиновники… Нет, лучше вас никто не скажет про чиновничий произвол. Сейчас процитирую то, что вы два дня назад сказали, принимая у себя в Сочи лидеров всяких партий. Просто хочется, чтобы вы своими глазами прочли свои слова.

МЕДВЕДЕВ. Для нас в равной степени являются неприемлемыми две вещи: и административный произвол чиновников, которые пытаются скручивать выборы под себя, и бездоказательные обвинения в фальсификациях, которые довольно часто звучат со стороны тех, кто проиграл. И то и другое является проявлением пресловутого правового нигилизма. Надо уметь честно побеждать, надо уметь проигрывать. Так жизнь устроена.

Видите ли, г-н президент, вы это сказали всего через неделю после выборов Матвиенко в депутаты Красненькой речки. Она получила прекрасный результат — почти сто процентов, как у Туркменбаши, как в Чечне. Ни у вас, ни у Путина таких процентов и близко не было.

Как же губернатор Питера достигла такого успеха? И почему в Кр.речке вдруг случились выборы? Ответ известен. Вы (обладатель максимального административного ресурса) сказали: хочу, мол, чтобы Матвиенко стала председателем Совета Федерации. И всё. Президент сказал «надо» — избиратели ответили «есть». (Жаль, что спутники и ракеты не столь сознательны; летят куда хотят.)

Вернусь к вашей речи в Сочи. Жизнь, г-н президент, не совсем так устроена, как вам кажется. Для вас «в равной степени являются неприемлемыми две вещи: и административный произвол чиновников, и бездоказательные обвинения в фальсификациях». А для нас эти две вещи различаются как небо и земля. Потому что административный произвол превращается в официальные результаты выборов! А бездоказательные и даже очень доказательные обвинения в фальсификациях кончаются пшиком. Обиженные привозят в суд тонны доказательств (фальшивые протоколы, фальшивые бюллетени, показания наблюдателей и т.д. и т.п.) — и хоть бы что.

На следующий день после ваших сочинских слов про «умение честно побеждать» популярная радиостанция попросила слушателей проголосовать: из тех, кто пойдёт на выборы, сколько за «Единую Россию», а сколько за что-либо другое? Ответ ошеломил (показалось, что ведущий даже пожалел об этом эксперименте): за «ЕдРо» — 3%.

Вот так штука. Без административного ресурса с одной стороны и без всяких злопыхательств с другой — 3%.

Но в Думе представители народа (депутаты) распределены совсем иначе. Там у «ЕдРа» чуть не 70 процентов. Как же так?

Нет, думаю, надо проверить. И на сайте «МК» мы предложили вопрос: «Как вы поступите в день выборов в Госдуму?» Ответы: проголосую за «Единую Россию» — 1%; проголосую за любую другую партию — 61%; не пойду — 22%; испорчу бюллетень — 16%.

Это — народ, неблагодарная скотина. Хотя вы о нём (о народе) думаете, может быть, иначе. Когда вас спрашивают, пойдёте ли вы на второй президентский срок, вы говорите, что по долгу службы «обязаны хотеть», но главное — мнение людей. В апреле вы давали интервью китайцам.

МЕДВЕДЕВ. Решение должно, во-первых, быть зрелым и, во-вторых, оно должно опираться на существующую социальную ситуацию, на существующий расклад политических предпочтений и, самое главное, на отношение людей.

В июне на ту же тему вас беспокоила газета «Financial Times».

МЕДВЕДЕВ. Что касается второго срока, то прежде всего он, конечно, нужен не мне, а ответ на этот вопрос должны дать люди, потому что именно они определяют, хотят они видеть того или иного человека или не хотят.

Это — ваши слова. А с мыслями они совпадают?

У Матвиенко 95 процентов, это — мнение людей. Но, по мнению других людей, это позор, и этих людей тоже 95 (или 99) процентов. Они считают, что такие выборы — это ваш каприз как владыки и ваше самоубийство как либерального и демократичного гаранта Конституции.

После ваших слов, произнесённых в Кремле на встрече с Матвиенко («Я Вам прямо скажу: я считаю, что для государства было бы благо, если бы Вы возглавили верхнюю палату парламента»), — после этих слов ей сделали 95%. А вам сколько сделают? Ноль? два нуля?

Мнение людей! Ради каприза Ким Чен Ира людей — ваших подданных, г-н президент! — заперли в домах, запретили соваться на улицы, глядеть в окно. А зачем вы исполнили его каприз? Он кто? В мире говорят и пишут, что он любит дорогие французские вина и юных красавиц, что население его страны нищее и голодное, а главное — до смерти запуганное. А на фотографиях виден мелкий человечек, который вцепился во власть мёртвой хваткой. И вдруг вы летите к нему, и мировые информационные агентства сообщают о встрече высоких договаривающихся сторон…

Он — Любимый Руководитель Корейской Народной Демократической Республики. В переводе на русский — «народной народовластной властонародной» страны. А выборы у них, в трижды народной стране, есть? Не спросили? А как там с «бездоказательными обвинениями в фальсификациях, которые довольно часто звучат со стороны тех, кто проиграл»? Там такого не бывает никогда. Там проигравшие умирают сразу. А может быть, там они даже не рождаются.

И никакие досадные опросы никогда не портят настроение Любимому Руководителю. Радио и газеты (если там это есть) ликуют каждый день в восторге от мудрости вождя. Ну, вы это всё сами хорошо знаете. А здесь, в России, надо что-то делать.

Времени до выборов осталось мало, переделать народ за три месяца невозможно. Но и терпеть расхождение опросов с результатами выборов тоже невозможно.

В России легче запретить опросы и арифметику, чем административный ресурс. В целях экономии бумаги и для удобства подсчёта можно отменить бюллетени, а каждый, кто зашёл на избирательный участок, будет считаться проголосовавшим за «Единую Россию». Ведь если пришёл — значит верит в честные выборы. А раз верит в честные выборы — значит верит тому, в чьих руках счётчик.

И всё совпадёт с вашими желаниями. И всё кончится хорошо.

Александр Минкин

Lady GAGA на вручении премии MTV Video Music Awards