Главный свидетель обвинения вновь появился на суде и сообщил, что ему «до фени», а на что он «положил с прибором». Однако это прокурорам не помогло
Художник Борис Жутовский. 1-й этап. Чтение обвинения. Вопрос прокурорам: «Где о краже нефти?». Ответ: «Не скажем». 2-й этап. Чтение доказательств. Вопрос прокурорам: «Где о краже нефти?». Ответ: «Не скажем» |
День сотый
…Негаданно-нежданно утром в понедельник появился черный плащ с кожаным портфелем. Это — глава «Ист-Петролеум» Евгений Рыбин. Напомним, этот свидетель прокуратуры умудрился отвергнуть основной пласт обвинения («Всю нефть украсть невозможно») и внезапно исчезнуть на две недели из процесса. За время его отлучки в суде допрашивали его друзей-коллег — Гурама Авалишвили, занимавшего должности вице-президента ВНК, вице-президента «Томскнефти», а также Виктора Дергунова — директора московского филиала «Ист-Петролеум». Их показания оказались идентичными: «С приходом ЮКОСа в ВНК и «Томскнефти» началось воровство». Впрочем, подоплеку дела свидетели не раскрывали: после приобретения ЮКОСом «Томскнефти»—ВНК и Авалишвили, и Рыбин (контролировавший ряд «дружественных» «Томскнефти» компаний) лишились сверхприбыли, которая была возможна в силу злоупотреблений со стороны бывшего руководства «Томскнефти», что позднее выяснил Венский арбитраж
— В ходе допроса 1 октября вы заявили, что не знаете, в чем обвиняются наши подзащитные… — не успел задать свой первый вопрос защитник Краснов, как его перебил прокурор Шохин:
— Вот это что за рассуждения здесь сейчас происходят?! — кричал он. — Ваша честь, отреагируйте! Пусть сформулирует нормально вопросы...
— Голубчик, успокойтесь! — умолял его Краснов. — Может, мне вас вместо свидетеля допросить?
— Прошу занести замечание в протокол за красновское ко мне «голубчик»…
Судья сохранил нейтралитет. Слово взял сам Рыбин:
— Я отлично понимаю, в чем обвиняют Ходорковского и Лебедева! Все это одно и то же — ВО-РОВ-СТВО всей нефти и корпоративные цены!
— На допросе вы говорили, что «за последующие 5 лет (1997—2002) стоимость компании выросла на 20—25%, происходила капитализация… Объясните, как тотальное воровство могло привести к описанным вами положительным результатам?
— Капитализация и рост нисколько не помешали Ходорковскому похитить всю нефть «Томскнефти», — ловко отчеканивал Рыбин (хотя еще 1 октября в этом же зале он говорил, что нефть невозможно украсть всю, потому что все движение нефти жестко регламентируется). — Вам это бесполезно объяснять! А вот суд меня поймет.
Судья молчал. Далее следовал рассказ Рыбина о хищении ЮКОСом нефти:
— Я уже говорил, что нефть невозможно похищать. Ходорковский, конечно, бочки не таскал. Но с помощью своих структур похищал, путем манипуляций хозяином нефти становилось другое предприятие. В результате деятельности вот этих господ (Рыбин строго указал на «аквариум») у «Томскнефти» вдруг украдена вся нефть оказалась! По документам можно проследить, чья нефть была, а чья стала…
— То есть переход права собственности путем купли-продажи — это и есть воровство нефти? — удивился защитник Краснов.
— Естественно!
— То есть когда «Ист-Петролеум» покупал нефть у «Томскнефти» — это тоже было… боюсь сказать…
— Чего ломаетесь-то? Говорите! — требовал Рыбин.
— Это тоже было воровство?
— Никогда! «Ист-Петролеум» — прозрачная компания.
За допрос взялся Платон Лебедев и обратил внимание на таблицу, показывающую динамику цен с января по декабрь 1998 года.
— Мне до фени, какой там был пласт, бренд, я не торговал нефтью… — отозвался свидетель.
Перешли к термину «скважинная жидкость». Двумя неделями ранее свидетель назвал ее «ослиной мочой», «которую придумал Ходорковский для мерзкого снижения цены на нефть»*.
— Что вы имели в виду по термином «ослиная моча? — уточнял у Рыбина Лебедев. Свидетель огрызнулся:
— Каждый может понимать, как хочет, у кого сколько фантазии хватит! Вы эту скважинную жидкость продавали по цене ослиной мочи. А нефть есть нефть в моем воспитании!
— Понятно, а в нормативных актах вы видели термин «нефть»?
— Ну-у-у… Можно найти, конечно… Я сейчас не могу сказать по-научному. Я нефть понимаю как нефть, вода там, не вода, но это НЕФТЬ!
— А в соответствии с каким ГОСТом сдается нефть в «Транснефть»?
— Я ГОСТы никогда не знал, — удивил всех «профессиональный нефтяник с двадцатилетним стажем». Спасая положение, загрохотал стулом и закричал прокурор Лахтин:
— Нюансы технологического процесса не являются предметом обвинения!
— Да Лахтин даже не понимает предмет обвинения! — недоумевал Лебедев. — Он же сам пояснил свидетелю: мы обвиняемся в хищении нефти! Вот я и пытаюсь выяснить у свидетеля, как нефть попала в «Транснефть» и откуда она туда попала. Итак, откуда?
— Со скважин. Через промежуточные установки сброса воды и так далее.
— А зачем же из нефти, к которой у вас такое глубокое уважение, сбрасывают приблизительно три четвертых объема этой жидкости обратно?
— Затем, что нефть сдавалась только чистая, товарная нефть… без воды… — наконец-то подтвердил свидетель, что все-таки скважинную жидкость сначала обезвоживают и очищают до требований ГОСТа, а уж потом продают.
Далее Лебедев поинтересовался у свидетеля, видел ли он, как ЮКОС похищал нефть.
— Да! — возбудился Рыбин. — Я сбоку наблюдал, со стороны (по залу пошли смешки. — В.Ч.), как все похищалось путем договоров, как фальсифицировались решения, как «Томскнефть» стала собственностью каких-то офшорных компаний… Конечно, вы бочками нефть не воровали, вы придумали более хитрый способ! Да, я видел, слышал, понимал, как вы воровали нефть у акционеров «Томскнефти», у государства, у меня… Я видел, как похищалось: все договора — продал, купил — печатались в одном и том же кабинете в «Стрижевом» (офис ВНК в Томске. – В.Ч.). И все это делали ваши люди, не выходя из кабинета... Я при этом не присутствовал, но видел… Да ежу понятно, что это хищение! Хоть нефть и оставалась в танкерах, в бочках, но через договора из «Томскнефти» уходила к вам.
— Правильно ли я вас понимаю, что, по-вашему, внутрикорпоративные цены — это криминал? — уточнил Лебедев.
— Это криминал в ВАШЕМ случае! А в других вариантах это не криминал.
— Правильно ли я вас понимаю, что ваши претензии к ЮКОСу заключаются в том, что ЮКОС не поделился с вами своей прибылью?
— Правильно, — рубанул с плеча свидетель истинную причину своего прихода сюда.
К концу дня молчавший весь день Михаил Ходорковский просит обвинение, в конце концов, определиться, в чем оно его обвиняет:
— Лахтин неоднократно заявлял в суде, что технологический процесс добычи, подготовки и сдачи нефти в «Транснефть» не является предметом судебного разбирательства, и, наоборот, сам задавал вопросы о переходе прав собственности на нефть в системе «Транснефть»… Мне предъявлено обвинение в хищении нефти. Хищение нефти возможно лишь на этапе от ее появления в природе до узла учета «Транснефти». Но указать конкретное место хищения обвинение отказалось, что приводит к необходимости выяснять физическую возможность такого изъятия, не говоря уже о факте такого изъятия. Право же собственности на нефть предметом судебного разбирательства не заявлялось. И хочу заявить суду: я готов к защите от обвинения в приобретении прав на нефть «путем обмана», но такое обвинение должно быть предъявлено. С интересом жду отказа от обвинения в присвоении нефти и смены его на взаимоисключающее обвинение в приобретении права на нефть. Тогда буду защищаться. Пока же извольте говорить об изъятии у потерпевших нефти на участке, где эта нефть находилась у них в собственности…
День сто первый
…И снова свидетель Рыбин. Тема допроса — Венский арбитраж. Напомним: рыбинская «Ист-Петролеум» вчинила ЮКОСу два иска за то, что тот приватизировал «Томскнефть» и ВНК. Однако Венский арбитраж установил факт «сговора» между «Ист-Петролеум» и старым менеджментом «Томскнефти».
— Какое решение было вынесено Венским судом? — спрашивал Лебедев.
— Решение было вынесено! Но вы с Ходорковским положили с прибором на это решение!
— Свидетель!!! — прикрикнул судья, похоже, еще не встречавший в своей практике таких свидетелей прокуратуры.
* Для обозначения вещества, поступающего на устье скважины, еще задолго до ЮКОСа существовал термин «скважинная жидкость» (смесь воды, углеводородов (газ, нефть) и неорганических веществ). Этот термин содержится и в официальных технологических инструкциях. Скважинная жидкость не является товаром, ее никто и нигде не продает и не покупает.
Вера Челищева
23.10.2009
Путинизм, сознательно задуманный его пиарщиками как симулякр большого идеологического стиля, пробежал в своей коротенькой десятилетней биографии все классические стадии советской, например, истории, став пошлой пародией на каждую из них.
Ой, прямо сердце выскакивает, это очень тяжело выдержать. Опасная эта история. Все говорят театр абсурда, а мне кажется другой жанр – фарс-гиньоль есть такой. Идёт прямое, страшное издевательство над людьми.
){kind=link}