пятница, 8 июня 2012 г.

Законопроект вступает в силу

http://img-fotki.yandex.ru/get/5809/19902916.a/0_6a77f_a46668c5_M

Владимир Путин подписал закон об ужесточении наказания за нарушения на митингах
08 июня 2012, 21:00


Текст закона
Федеральный закон Российской Федерации от 8 июня 2012 г. N 65-ФЗ г. Москва
"О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях и Федеральный закон "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях"




Эксперты объяснили, почему сравнивать санкции за нарушения на митингах в России и за рубежом — некорректно «Единороссы сильно лукавят»

Члены президентского Совета по правам человека намерены обратиться к главе государства с просьбой наложить вето на закон о митингах. Источники «Известий» уверены, что ветирования не будет.

— Закон не нравится какой-то группе людей. Однако у нас каждый закон не нравится какой-то группе, — говорит собеседник «Известий», близкий к Кремлю.

Главным аргументом «Единой России» при принятии закона стала ссылка на опыт западных стран — там законодатель наказывает граждан, нарушающих правила проведения публичных мероприятий, достаточно жестко.

«Известия» опросили экспертов, которые, однако, считают, что единороссы лукавят, и это мягко говоря.

Профессор кафедры конституционного и административного права Высшей школы экономики Илья Шаблинский возмущен.

— Те суммы штрафов, которые приводили единороссы, очень похожи на уголовные, но никак не административные! €10–15 тыс. для любого европейца — сумасшедшая сумма. Я допускаю, что подобные суммы взимаются за бесчинства, когда люди стекла бьют. Что касается швейцарского законодательства, где штраф якобы достигает 100 тыс. франков, то пусть единороссы сошлются на конкретную статью. Изучая ссылки на законодательство Швейцарии, я видел максимальный административный штраф в размере 5 тыс. франков. Причем за правонарушение, связанное не с митингами, а с таможенными отношениями, — заявляет эксперт.

Глава думского комитета по конституционному законодательству Владимир Плигин высказывает иное мнение.

— Юридическое понятие уголовного преступления или административного правонарушения в разных странах отличается, в том числе и по последствиям. И поэтому в ряде случаев те правонарушения, которые в России считаются административными, в других странах могут оцениваться как уголовный проступок. Дословная аналогия здесь недопустима. Нужно анализировать, за что именно идет наказание, — говорит он.

Плигин затруднился ответить на вопрос, являются ли приведенные его коллегой примеры штрафов уголовными или административными.

— Но с точки зрения санкций за одно и то же деяние в этих системах наказание именно такое, о каком всё время говорит единоросс Андрей Воробьев. Анализ санкций проводился так: брался сам состав нарушения, и смотрелось, как за него наказывают в той или иной юрисдикции, — поясняет он.

Профессор Шаблинский приводит совсем другие размеры европейских штрафов. В Великобритании, по его словам, нарушив правила проведения акций, можно максимум «налететь» на £1–2 тыс. В Германии и Италии — на €400–500. Эксперт также обращает внимание на диссонанс в размерах российских штрафов.

— В европейских странах нет гигантского разрыва между суммами штрафов. А у нас, если мы посмотрим в Административный кодекс, размер штрафов начинается от 100 рублей и заканчивается 5 тыс. рублей, — отмечает он. — И только за нарушение правил проведения митингов предусмотрен штраф в несколько сотен тысяч рублей!

За что можно «заработать» штраф в Европе? Например, за произвольное изменение ранее согласованного маршрута шествия; как организаторов, так и участников акции могут привлечь за порчу чужого имущества. Так было с некоторыми участниками последних студенческих беспорядков в Лондоне.

Главное же отличие европейского законодательства от российского, констатирует профессор, в следующем: в Европе правила игры прописаны четко.

— А в нашем законе формулировки очень расплывчатые. Они позволяют привлечь к ответственности любого, кого захочет полиция, — говорит Шаблинский. 

— В новом законе есть совершенно безумная формулировка: «Организация массового пребывания и перемещения людей без признаков проведения публичного мероприятия». Она тоже предполагает штраф. Это ответ на всевозможные «народные гулянья». Аналогов этой нормы нет нигде, она напрямую нарушает 31-ю статью Конституции. Точно так же участников акции у нас теперь могут привлечь за создание препятствий движению транспорта, пешеходам. Но очевидно ведь, что почти любое публичное мероприятие объективно предполагает создание таких препятствий! — сетует эксперт.

Председатель правления Центра политических технологий Борис Макаренко некоторые нормы российского закона о митингах считает разумными: например, запрет на ношение масок.

— Но вот возможность наказания за призывы к проведению митинга — это на грани добра и зла! Посмотрите и на несоответствие размеров штрафов: за нарушение правил проведения митингов — до 300 тыс., а за укрывательство улик преступления в Кущевке человека штрафуют на 150 тыс. рублей, — возмущается он.

Профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге Григорий Голосов отмечает, что в европейском законодательстве подход к «митинговым нарушениям» несколько иной, чем у нас.

— Российское законодательство направлено на то, чтобы любое собрание сделать поводом для полицейской дискреции. Если полицейский посчитал, что гражданин действовал на улице неправомерно, это может послужить поводом для санкций. В Европе никто не ограничивает свободу собраний, каждый может выйти на улицу и выразить мирный протест. Жесткие санкции применяются, если люди громят витрины, машины… А наказание за превышение численности митингующих там вообще не предусмотрено, — приводит пример Голосов.

Директор российских и азиатских программ Института мировой безопасности (Вашингтон) Николай Злобин говорит, что в США законы, регламентирующие проведение акций, принимаются строго местном уровне. У каждого города — свой закон.

— И когда российские политики приводят в пример исключительно те города, где достаточно жесткое законодательство, — это некорректно, потому что не показывает общей картины, — резюмирует политолог.

В большинстве американских населенных пунктов, рассказывает эксперт, законы запрещают проводить акции в конкретных местах — например, возле больниц.

— Это значит, что в остальных можно. А российские политики зачастую лукавят, говоря лишь о тех местах, где нельзя. Митинги в США не требуют разрешения, и когда в России утверждают, что в Штатах разрешительная система, — это не так. Возле Белого дома в Вашингтоне можно проводить какие угодно митинги, а вот приковывать себя наручниками к ограде запрещено, — объясняет разницу Злобин.

К слову сказать, когда речь заходит о разгоне митингов в Москве, единороссы любят кивать в сторону тех же США — дескать, посмотрите, как  жестко разгоняли в Нью-Йорке участников акции «Оккупируй Уолл-стрит».

Эксперт дает следующее объяснение.

— В Нью-Йорке в какой-то момент стали разгонять, потому что владелец земли, на которой разместились протестующие, потребовал ее очистить. А вот в Вашингтоне участников этой акции никто не разгонял, они до сих пор там в палатках живут. «Оккупируй Уолл-стрит» вообще стали гражданской структурой, у них в Вашингтоне офис… Кроме того, в США нельзя перевезти полицейских из одного штата в другой (например, для подавления беспорядков. В России, как известно, практикуется использование ОМОНа из одних регионов для разгона акций в других. — «Известия»).

Политолог называет закон, принятый единороссами, «ужасным», а их попытки сравнить его нормы с западным законодательством — некорректными.

— В Париже ежедневно проходит 10–15 мирных демонстраций, но никто об этом (в России. — «Известия») не говорит, — отмечает Злобин, констатируя, что до широкой публики доносят только примеры разгонов или наказаний, выгодные власти.

— Для принятия данного конкретного документа были все правовые основания. Абсолютно сбалансированный закон, — настаивает собеседник «Известий», близкий к Кремлю.

Комментарий Владимира Абаринова, собственного корреспондента Радио Свобода в США:

– В разных штатах законы разные. К примеру, в округе Колумбия процедура не уведомительная, а разрешительная. Организаторы массового мероприятия в Вашингтоне должны заблаговременно подать свою заявку, в которой указать цели, место, маршрут, примерную численность участников, и не позднее, чем за 60 дней провести переговоры со специальной группой представителей местных и федеральных властей. В общей сложности требуется согласование с 12 ведомствами.

Согласовывать марши столь задолго требуется потому, что здесь таких мероприятий, в отличие от России, проводится слишком много.

Возле Белого дома митинговать разрешается всем, нужно только согласовать численность участников. Никаких идеологических ограничений не существует. Содержание лозунгов никого не волнует. Стоять разрешается напротив Белого дома, в Лафайет-сквере, вместимость которого всем хорошо известна. Получить аналогичное разрешение для митинга рядом с Кремлём, насколько мне известно, практически невозможно.

За участие в несанкцонированных митингах в кутузку никого не сажают. Если при задержании не сопротивлялся и не было более серьёзных нарушений – отпускают в тот же день, как это и происходило с участниками громких акций последнего времени: Джорджем Клуни и рядом конгрессменов, задержанных у посольства Судана, или с участниками знаменитой акции "Захвати Уолл-стрит".


Комментарий Андрея Остальского, журналиста, работающего в Великобритании:

– "Организаторов так называемого "Марша миллионов" отпустили на следующий день после уплаты штрафа в 1 тысячу рублей"? Но в Англии организаторов мирных санкционированных демонстраций вообще не арестовывают. И не штрафуют. Арестовывают и наказывают достаточно жёстко зачинщиков беспорядков, не надо путать два этих понятия. Если анархисты, под прикрытием демонстрации, побили витрины и перевернули машины, то именно их будет разыскивать полиция и именно им грозит наказание, при чём тут организаторы марша?

"В Англии за насильственные действия в ходе митингов можно получить до 5 лет тюрьмы. И 2000 фунтов штрафа". Действительно можно. Но – за хулиганство и насилие. В России, насколько мне известно, доказанные в суде хулиганство и насилие и сейчас влекут за собой тюремные сроки.

"В Англии, на правовой опыт которой часто любят ссылаться правозащитники, 22-летний Денни Гук получил 30 месяцев тюрьмы за создание в сети Фэйсбук группы под названием "Давайте поднимем восстание", которая была доступна для всех в течение всего лишь получаса". Имя Денни Гука здесь мало кому известно, но два других его юных приятеля – Джордан Блэкшоу и Перри Сатклифф-Кинан – действительно были осуждены за создание подобной группы на Фейсбуке. Они за это получили даже не по 30, а по 48 месяцев тюрьмы. Только название группы "Let’s start a riot" передано неправильно, поскольку призывали они не к протесту, и не маршу и не демонстрации, и даже не к "восстанию" (слово riot так переводить в этом контексте невозможно), а к погрому и грабежу. То есть они пытались распространить на другие города страны ровно то, что происходило в августе 2011 года в Лондоне. В суде оба джентльмена согласились, что совершили тем самым уголовное преступление.

Семён Мирский, собственный корреспондент Радио Свобода во Франции:

– Что касается упомянутого "сборища", то речь идёт исключительно о собрании, представляющем угрозу общественному порядку. Согласно статье 431-3 УК Франции, если участники такого собрания не расходятся после троекратного требования по громкоговорителю разойтись, полиция может быть вынуждена применить силу. Причём применение силы представителями полиции дозволено лишь в ситуации, когда это совершенно необходимо для обеспечения общественного порядка. И вот ещё важное уточнение: "Применяемые силовые действия должны быть соразмерны (пропорциональны) размерам угрозы общественному порядку и должны быть прекращены в момент прекращения беспорядков".

Комментарий Виктора Черецкого, собственного корреспондента Радио Свобода в Испании:

– В Испании действительно сейчас готовятся поправки к УК. Речь в частности, идёт об ответственности организаторов протестов за возникающие, правда, не абстрактные "беспорядки", а конкретные акты насилия и вандализма. К примеру, если в ходе забастовки кто-то из её участников разбил витрины магазина, не подчинившегося приказу профсоюза о забастовке, то за эту витрину платит профсоюз, если виновник сам заплатить не может. За акты вандализма несовершеннолетних платят их родители. Но всё это, конечно, по суду, а не в административном порядке.

Речь идёт лишь об умышленных актах вандализма, которые, как правило, допускаются пьяными футбольными болельщиками после матчей, молодёжными уличными бандами, хулиганами, ну и реже – забастовщиками. Эти поправки одобряются обществом, поскольку их никто не ассоциирует с правом граждан на манифестацию, а лишь с хулиганством.

Что касается социальных сетей, то наказываться могут только экстремисты, которые подстрекают к конкретным насильственным действиям: убийству или избиению граждан, организации актов террора, погромов, поджогов, дезорганизации работы городского транспорта и так далее. За созыв протестных манифестаций с помощью интернета никто никого наказывать не собирается.

В любом случае, речь не идёт об абстрактных "уличных беспорядках" – термине, которым можно, к примеру, обозначить любую несанкционированную мирную манифестацию, – а лишь о конкретных актах вандализма, уже повлекших за собой или способных нанести ущерб городскому хозяйству, имуществу и здоровью граждан.

Комментариев нет: